Письмо твое прочитал только сегодня, 27-го июня — потому что не был в городе, а был на «Альфонсе». Поел и отвечаю. Но на самое твое письмо не скажу ничего — оно у тебя такое странное, и я плохо понимаю, на что ты обижаешься и над чем иронизируешь. Настроение? Да ведь и у тебя, матушка, все только настроение. Осуждают тебя? Я не осуждаю. Тяжко тебе? Я вижу, что тяжко и даже до того, что ты во все другие тяготы, кроме своей, и не веруешь уже. Вали, вали.
Но я все-таки еще раз скажу тебе, что очень скверно себя чувствую, питаться нечем, а работаю много — и от этого не могу не быть немножко злым и черствым. Но всё это не важно. А вот как быть с поездкой в Тиф(лис) — ей-богу, не приложу ума. Главное, видишь ли, тебя не разберешь, то ты игнорируешь мнение публики, то ставишь себя в зависимость от него.
Ведь на один год на Кавказ-то? И притом, где хочешь? Или не так? А если так, то можно убрать себя от публики в угол и, прожив этот год, с Кавказа уехать!
На помощь этих Луцких и Тищенок можно рассчитывать или нет?
Калюжный мне не ответил на мое письмо, и Анна тоже. Почему? Увы, не ужто ж и он хорош только издали?
Я думаю вот что, Леля — прежде всего — нужны деньги, чем больше — тем лучше.
4-й рассказ в «Рус(ские) В(едомости)» готов, 5-й сегодня начну и в два дня напишу, всех рассказов будет 104, а денег минимум 250 р. Стихи, кажется, тоже будут печатать. Таким образом, я, значит, сумею помочь первое время, пока вы там будете устраиваться. А к зиме я брошу Ланина и пошлю во все редакции кучу всяких писаний. Сам же в Тифлис. Денег в «Р. В.» попрошу авансом. Билеты буду просить только тогда, когда вы двинетесь, а иначе нельзя. Нужно знать пароход и день отъезда.
Затем: адрес Селецкого. Угол Большой и Малой Покровки, д. Никанорова.
У Веры Д. остановиться будет нельзя — она немножко поссорилась со мной и не друг тебе во всяком случае.
Я живу наверху — что очень скверно — беспокойно, внизу квартира занята.
Остановитесь вы, я полагаю, в номере или на пристани Зевеке. Там есть пассажирские помещения.
Твое письмо очень обидно. О карточке я просил тебя не для того, чтоб затрагивать твое самолюбие, а для того, чтоб еще иметь карточку с тебя. Не задевай, пожалуйста, прошлого в твоих письмах. Ну, до свидания.
Твой Максим