Тетинька Ольга!
Я сегодня с хорошим настроением, ибо погода скверная, есть нечего, в желудке пусто, в голове просторно и в квартире нет никого.
Чиж тебе кланяется — этакая хорошая птичка! — три раз выпускал, — не улетает. Расхаживает по столу и немножко испортил тебе нос. (Карточки я получил.) Снигири целы. Клестов выпустил, ибо они съели клетку и принялись было за твой мольберт. Куда деть мне этот мольберт? Будь он побольше — я бы на нем повесился, но в данном его виде он и к этому не пригоден.
Вчера получил письмо из Тифлиса от Кузьмовны — бедная старушка! Мишка скверно — поступил с ней — отвратительно! Но она это расскажет тебе сама — она хочет писать тебе и я дал ей твой адрес. Мишка в Питере нашел себе любовницу, — какую-то дуру очевидно, — судя по ее письмам к Анне.
А что ты скажешь, Леля, если я отправлюсь в Тифлис? Калюжный получил место хорошее и может меня устроить. Я бы поехал туда и повоевал бы за твою репутацию здорово. Они там откуда-то узнали, что ты уехала в Питер и думают дурно о тебе. Советуй. Мне здесь невыносимо тяжко.
И знаешь что: спроси за меня Калюжного, не может ли он взять меня к себе? Спроси от своего имени. Это укажет им на то, что ты не бросила меня как-то так, плохо, а вот заботишься обо мне.
Делу придан такой вид, каков он и на самом деле — совесть не давала тебе жить со мной, зная, что Бол в тюрьме, и ты поехала хлопотать о нем, утешать его. На самом деле ведь все это так? Сделай это, пиши к Калюж. Он тебя полюбит за такое письмо. Я хочу, чтоб все думали о тебе хорошо. Сам же — попадешь под настроение — буду ругать тебя. Ты поэтому и не пишешь мне, что [исп] не хочешь, чтоб я ругался? Брось. Пиши. Там, в Тиф(лисе), все бросают жен. Мишка, Цветницкий, Меленчук, Эзрих — и я бы всех брошенных жен подобрал себе. Набрал бы штук 100 и поехал в Каир продавать. Большие деньги можно выручить, как ты думаешь?
Пишу большой рассказ для «Рус Бог». Предупреди Кривенка, пусть припасет гонорар.
Скучно мне, скучно. И хочется поцеловать тебя один раз и тысячу раз. Видишь, как я обмяк.
Лелька как и что?
Ланина нет, с ужасом ожидаю его приезда, ибо словесно и письменно каждодневно говорю его жинщ дерзости.
Прощай? Прощай?
Мне грустно потому, что холодно тебе, мне жарко потому, что весело тебе, мне жутко потому, что боязно за тебя.
Твой Максим
Пиши скорее. Карточки вышлю, хочешь? Но только наложенным платежом, у меня — ни копейки.
У меня нет никого, и я болен душой, так скажи Калюжному, и ты скажешь правду. Я его люблю — ты знаешь.