Вторая половина июля — середина сентября 1895, Самара
Получил Ваше письмо и был сильно изумлен его пылким тоном. Что это с Вами? Восторженность не идет к Вам, скажу по совести. Нужно быть более скептиком — это умнее, а главное — это красивее. Извините за совет… Мне, конечно, приятно читать Ваше письмо — я человек. Похвала же тем более приятна, что сомневаться в ее искренности — у меня нет причин. Спасибо Вам, голубчик! Мне здесь прескверно — нет ни одного человека, знакомого с новыми веяниями чувств и мысли. И приверженцев старой правды — искренних — нет. Город «неинтеллигентный», как выражаются радикалы. В городе нет интересных людей — скажу я. Нет ни людей, ни женщин, с которыми можно бы жить и хорошо, полно чувствовать. Скучно всё и все скучны.
Читали Вы «Триумф смерти» Аннунцио?
Хорошая книга. Не знаете ли чего-нибудь о новой литературной школе во Франции — школе какого-то Элло? Не имеете ли под руками источников по истории новейшей литературы Франции? Люблю эту страну, она вечно кипит, и в ней вечно варится что ни то оригинальное. На Вашем месте — уехал бы в Париж.
Да, Вы предрекаете мне будущее…
Ну, знаете, это Вы напрасно. Я едва ли вытанцуюсь далее того пункта, на котором стою в этот момент.
Меня съест газета. Это — факт. Потом — я стал пить. Затем — болит грудь. Вот три крупные камня на пути моем. А если прибавить, что ни прыгать через них, ни обходить их — я не имею желания — будет ясно, что никакого будущего не будет.
И не надо. Всё — суета сует и томление духа!
Вот — истина. Это самая лучшая истина из всего ассортимента их, находящегося в распоряжении человечества. Она не требует подчинения себе, раз ее усвоишь, ей не нужно служения — она холодна, бесстрастна и больше ничего.
Вы ни слова не говорите о себе и своих намерениях в Вашем письме. Что, как и куда? Не забудьте, что мне очень интересно все это.
Пишете ли Вы и что Вы пишете? Где у Вас переводы Метерлинка? Если это можно — пришлите их мне, пожалуйста, — мне очень нужно прочитать их ради одного соображения.
Пока — кончаю писать. Редактирую газету пока я и очень устаю. Египетская тьма6 — это газетная работа! Очень хочется бежать отсюда — но закован по горло в долги.
До свидания.
Ваш А. Пешков