В коротких словах — вот моя внешняя жизнь: с 9 до 4 работа, с 4 до 5 отдых, с пяти до 9 — чтения (от них свободны только среда и воскресение), с 9 до 11-12 споры, раздоры и прочее, с 12 до 3-4 читаю и пишу для себя. Бойко — как видишь!
3 недели тому назад сошел с ума формально — посадили в больницу — и через 10 дней выпустили. Теперь ничего. Но что же есть эта жизнь? Конечное нечто или же переходная форма к лучшему? Вопрос этот сломит меня. В конце его — пуля в лоб [и] или сумасшествие окончательное. Но, конечно, я избираю первое. Пускай сломает! Я все- таки не отступлюсь от него.
Жить мне хочется, голубчик! Любви хочу, вот так хочу поклоняться и повелевать ею, хочу дружбы чистой, глубоко понимающей, честной, хочу красоты и всего хорошего.
И ничего у меня нет! Нищ и убог!
Ты — т.е. вы, но как редко слышу я о вас! Вот письмо — и снова полгода ждать другого.
А между тем я знаю людей — потому что я себя знаю — и они так часто меняют свои привязанности. [Ты] Вы люди — и я имею право думать, что наша дружба — как и все в жизни — быстро умрет.
М.И.М.? Она меня не понимает. Но, о, как она хороша человечно! И вот я один. Одиночество прекрасная и великая вещь, сама по себе, оно указывает на глубокую натуру — и все ж-таки человек всегда будет жаждать всего земного, как бы он высоко в небе ни висел, — такая уж это скотина, мой друг.
Когда человек [парит] головой в небе, у него ноги болтаются в воздухе и ветер помыкает им. Всякая жизнь мерзка, если ее посмотреть глубже, мой сынишка. Одна любовь велика и свята, но так как при современном уменьи опошливать все — ее тоже попачкали всяческой грязью, то она и удрала из жизни. Пользуйся ж ее тенью и не дракуйся!
Одушевленные предметы, исправляющие должности людей и населяющие г. Тифлис, — ничуть не хуже казанских и всяких иных. Так же лживы, самолюбивы, лицемерны, — и бесконечно жалки. Так же не хотят понимать жизнь и себя и так же «стремятся» — куда? Всюду, где провидят мзду.
Ты говоришь — я дилетант и потому мне скверно. Может быть так.
А — да здравствует дилетанизм! Ибо он хотя мучителен и недолговечен, но всеобъемлющ и красив! Мое мнение: лучше больше пережить, чем дольше прожить.
Специалист — это сухое, кроме своего угла ничего не знающее, долговечное животное. Он работник и раб. Дилетант иногда работник и никогда не раб.
Сынишка! «Жизнь для жизни нам дана» — это значит всё бери, что взять посмеешь. А идиоты-ригористы полагают, что жизнь то битва, то обязанность, то чорт знает какая ерунда! Жизнь же просто наслаждение — и если мы так исковеркали ее, то на нас теперь лежит обязанность придать ей форму одухотворяющего…